НАШ БЛОГ

Технологии Blogger.

О некоторых характеристиках присвоения

Присвоение представляет собой «хищение чужого имущества, вверенного виновному» (ст.160 УК РФ).

В современной доктрине уголовного права объективная сторона данного вида хищения трактуется достаточно противоречиво.

Ряд ученных полагают, что присвоение – это «изъятие, обособление вверенного виновному имущества» (Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т.2, М., 2004, С.212), что при присвоении «совершается изъятие и незаконное удержание» имущества (Бойцов А.И. Преступления против собственности. СПб, 2002, С.416). 

Присвоение представляет собой "хищение чужого имущества, вверенного виновному» (ст.160 УК РФ).

Профессор Лопашенко Н.А. указывает, что «присвоение состоит в обособлении виновным вверенного ему имущества» и выделяет три основных, различных, по ее мнению, способа присвоения: изъятие, невозвращение и удержание имущества (Преступления против собственности. М., 2005, С.295-296).

Профессор Игнатов А.Н., напротив, считает, что «нельзя согласиться с мнением, что присвоение осуществляется в форме изъятия. Именно отсутствием изъятия (тайного или открытого) присвоение отличается от кражи и грабежа» (Комментарий к УК РФ под ред. Лебедева В.М. М., 2004, С.374). 

Близкую к указанной точке зрения разделяет профессор Рарог А.И.: «Присвоение означает незаконное обращение чужого имущества, вверенного виновному, в его пользу… При этом присвоенное имущество…им не отчуждено и не потреблено» (Комментарий к УК РФ. Минюст РФ. М..2002, С.519), а также профессор Шишов О.Ф.: «Присвоение представляет собой умышленное противоправное удержание чужого имущества…» (Комментарий к УК РФ. МГЮА, 2004, С.269) и профессор Яни П.С. (Постановление Пленума Верховного Суда о квалификации мошенничества, присвоения и растраты: объективная сторона преступления).

Профессор Борзенков Г.Н. определяет присвоение как неправомерное удержание (невозвращение) чужого имущества. (Курс уголовного права. Т.3, МГУ, 2001, С.442).

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27 декабря 2007 г. №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» определяет присвоение как «противоправное безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц» (п.18). Для последующего анализа важно отметить, что здесь, как и в других разделах постановления (п.п.19,20), где идет речь о присвоении, изъятие  в качестве способа данного вида хищения не упоминается. 

Мы разделяем ту точку зрения, что при присвоении хищение имущества происходит без его изъятия, поскольку предмет преступления уже находился во владении виновного и был вверен ему по различным основаниям (для хранения, управления, транспортировки и т.п.). В такой ситуации хищение состоит из одного элемента – из обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц. 

Присвоение - это форма хищения, представляющая собой обращение в свою пользу или пользу других лиц вверенного имущества посредством необоснованного уклонения от его возвращения собственнику или владельцу, т.е. совершения действий, обеспечивающих противоправное удержание у себя такого имущества и установления над ним незаконного владения.

Если отчуждение имущества происходит хотя и с нарушениями определенной процедуры, но собственник получает ранее установленный им по собственной воле эквивалент, то такие случаи не должны рассматриваться как хищение, поскольку отсутствует ущемление субъективного права собственника. Другими словами, даже установление нарушения порядка заключения сделки может рассматриваться только как гражданско-правовой деликт, но не признак хищения. 

В уголовном праве (примечание 1 к ст.158 УК РФ) хищением признается «…противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества…» (выделено нами). Такое определение хищения впервые было включено в УК РСФСР Федеральным законом от 1 июля 1994 г. №10-ФЗ и затем без изменений вошло в действующий ныне УК РФ. 

Буквальный смысл и грамматическое толкование приведенной нормы УК РФ свидетельствует, что законодатель, во-первых, разделяет понятия «изъятие» и «обращение» чужого имущества в пользу виновного, а, во-вторых, - определение «противоправность» относит  как к  «изъятию», так и к «обращению» имущества, в то время как «безвозмездность» -только к «изъятию».

Специалисты (лингвисты) подтверждают соответствие правилам русского языка именно такого прочтения указанной нормы закона.

Учитывая, что присвоение связано не с изъятием вверенного имущества, а с его обращением в пользу виновного или других лиц путем удержания против воли собственника, признак безвозмездности при данном виде хищения к квалификации собственно деяния отношения не имеет.

Предложенное нами толкование нормы примечания 1 ст.158 УК РФ ни в судебной практике, ни в доктрине ранее не встречалось. Хотя некоторые юристы указывают на отсутствие необходимости включения в определение хищения признака безвозмездности в принципе (Кочои С.М. Ответственность за корыстные преступления против собственности. – М., 2000. – С. 103), с чем вряд ли можно согласиться. 

Рассматривая затронутые вопросы, необходимо обратить внимание на противоречивость некоторых разъяснений постановления Пленума №51.  

Так, Пленум указал, что «при отсутствии сведений о цене (!) похищенного имущества, его стоимость (!) может быть установлена на основании заключения эксперта» (п.25 постановления Пленума №51). 

Применительно к расследованию и рассмотрению в суде уголовных дел о хищении имущества юридических лиц такое разъяснение создает правовую неопределенность.

Во-первых, цену может иметь только товар (работа, услуга), в отношении которого имеется договор субъектов хозяйственной деятельности о его отчуждении. По поводу похищенного договор не заключается. Во-вторых, отсутствие сведений о «цене» имущества юридического лица можно представить только в случае отсутствия у него бухгалтерского учета, в котором имущество отражается по цене приобретения или по себестоимости с учетом дополнительных расходов на его содержание (например, расходы по госрегистрации), НДС и амортизации. В-третьих, о чем все-таки идет речь: о цене или стоимости похищенного? (Стоимость — это расчетная денежная сумма, за которую состоялся бы обмен актива на дату оценки между заинтересованным покупателем и заинтересованным продавцом в результате коммерческой сделки после надлежащего маркетинга, при которой каждая из сторон действовала бы, будучи хорошо осведомленной, расчетливо и без принуждения. Цена – это показатель, обозначающий денежную сумму, требуемую, предлагаемую или уплаченную за некий товар или услугу. Она является историческим фактом, т.е. относится к определенному моменту и месту. В зависимости от финансовых возможностей, мотивов или особых конкретных интересов покупателя и продавца цена может отличаться от стоимости. Отсюда следует, что цена является объективным фактом, а стоимость — некоторым прогнозом, т.е. оценочным показателем).

Таким образом, из разъяснений, содержащихся в п.25 постановления Пленума №51, почти не вызывает сомнений лишь его второй абзац: «При установлении размера, в котором лицом совершены мошенничество, присвоение или растрата, судам надлежит иметь в виду, что хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества». Прежде всего (и это принципиально важно), данное разъяснение относится именно и только к определению размера прямого ущерба, причиненного преступлениями указанного вида. Попытки применить эти разъяснения для обоснования каких-либо иных признаков преступления, в т.ч. безвозмездности деяния (что часто имеет место на практике по схеме: «неэквивалентное возмещение – безвозмездность и, следовательно, хищение»), не основаны на законе и не соответствуют правовой позиции Верховного Суда РФ. Такие попытки не могут расцениваться иначе, как применение уголовного закона по аналогии, что противоречит принципу законности и прямо запрещено (ч.2ст.3 УК РФ). Кроме того, указанный подход, часто применяемый следствием, означает противоправное вторжение публичной власти в частные дела: если не установлены пороки воли при совершении сделки, то любые  рассуждения неуполномоченных лиц о «неэквивалентности возмещения» должны расцениваться как существенное нарушение конституционных прав участников делового оборота.

Однако применительно к присвоению использованная формулировка вступает в противоречие с другими разъяснениями этого же постановления: присвоение – не изъятие, а обращение вверенного имущества в пользу виновного (п.п.18,19,20), в п.25 же речь идет о стоимости безвозмездно изъятого, в том числе в результате присвоения имущества, что, с учетом изложенного выше, по крайней мере - не точно.

0 коммент.:

Отправка комментария