НАШ БЛОГ

Технологии Blogger.

Объяснения адвоката Краснова В.Н. в защиту П.Л. Лебедева в Президиум Верховного суда РФ

Президиум принял решение об ограничении срока наказания П. Лебедева фактически отбыты, и на следующий день П.Лебедев вышел на свободу.
             

Президиум Верховного суда РФ
Объяснения адвоката Краснова В.Н. в защиту П.Л.Лебедева
(23 января 2014 г.)

Президиум Верховного суда РФ во второй раз вынужден пересматривать решения российских судов в отношении П.Л.Лебедева. Первый раз это было в декабре 2009 г., после того,
как Европейский Суд по правам человека выявил существенные нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод при избрании и продлении в отношении П.Л.Лебедева меры пресечения в виде содержания под стражей. Тогда те неправосудные решения были отменены. Сегодня мы настаиваем ровно на том же: на отмене неправосудного приговора Мещанского районного суда г. Москвы от 16 мая 2005 г. и последующих судебных актов.
В Представлении Председателя Верховного суда РФ от 25 декабря 2013 г. №310-П13 перечислены нарушения конкретных норм Европейской Конвенции, установленные решением ЕСПЧ от 25 июля 2013 г., вынесенным по жалобам М.Б.Ходорковского и П.Л.Лебедева[1].  Каждое из них и все они в совокупности подтверждают то, на чем на протяжении более десяти лет настаивают М.Б.Ходорковский, П.Л.Лебедев и их защита и чего до сегодняшнего дня не хотят признать российские правоохранительные органы, включая суды: так называемое дело ЮКОСа изначально является заведомо незаконным, несовместимым с предназначением подлинного правосудия карательным преследованием его основных акционеров и менеджеров под прикрытием уголовной юстиции.
В постановлении Пленума Верховного суда РФ от 27.06.2013 №21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней» (п.17) указывается, что
- «судебный акт подлежит пересмотру в том случае, если заявитель продолжает испытывать неблагоприятные последствия такого акта»,
- выявленное ЕСПЧ нарушение противоречит Конвенции по существу и
- установлена «причинно-следственная связь между установленным Европейским Судом нарушением Конвенции или Протоколов к ней и неблагоприятными последствиями, которые продолжает испытывать заявитель».
В данном деле указанная совокупность обстоятельств, при которой пересмотр судебного решения обязателен, наличествует в полном объеме: П.Л.Лебедев продолжает отбывать неправосудно назначенное по совокупности приговоров Мещанского и Хамовнического судов г. Москвы наказание, в том числе продолжается изъятие его имущества в погашение незаконно удовлетворенного гражданского иска.
Европейский Суд установил, что, помимо нарушений норм Статей 5, 8 и 34 Европейской Конвенции, «УПК в истолковании Мещанского районного суда создал дисбаланс между защитой и обвинением, в результате чего имело место нарушение Статьи 6 §§ 1 и 3 (d)»[2].  Судом установлено нарушение Статьи 6 § 1 в совокупности со Статьёй 6 § 3 (c) и (d) в отношении нарушения принципа адвокатской тайны и несправедливого получения и исследования доказательств судом первой инстанции[3], а также  Статьи 1 Протокола №1 Европейской Конвенции[4].
Эти существенные нарушения ЕСПЧ усмотрел, в частности в отказе суда в допросе экспертов Елояна и Куприянова, в обосновании приговора отсутствующими в материалах дела доказательствами и фальсификацией исследованных, а также в не основанном на законе и судебной практике удовлетворении гражданского иска налоговых органов. Рассмотрим указанные вопросы подробнее.
1.Заключение бухгалтерско-экономической экспертизы от 16 августа 2003 г., подписанное экспертами Елояном и Куприяновым
Экспертиза была назначена постановлением от 14.08.2003[5]. В нем следователь заведомо незаконно указал, что П.Л.Лебедев якобы обвиняется кроме других еще в трех  преступлениях, которые на тот момент ему не инкриминировались. Таким образом, следователь выдал экспертам для исполнения незаконный процессуальный документ.
П.Л.Лебедеву и его адвокатам постановление о назначении экспертизы стало доступно для ознакомления лишь 19.08.2003[6], т.е. после её завершения, чем нарушены их права, предусмотренными императивными нормами п.п. 1-4 ч.1 ст. 198 УПК РФ.
Заключение комплексной бухгалтерско-экономической судебной экспертизы датировано 16.08.2003[7]. Т.е. эксперты, один из которых по образованию инженер-электрик, а место работы и квалификация второго на момент участия в экспертизе были неизвестны, провели эту работу (определили, как бы изменилась чистая прибыль ОАО “Апатит” за 2000-2002 г.г. и какой бы она была за 9 мес. 2002г.) за неполных трое суток. Если учесть, что экспертам, как минимум, надо было изучить документы[8] общим количеством более 4000 листов, после этого проанализировать, сделать выводы и написать заключение на 60 л., то нельзя не прийти к выводу о невозможности в принципе сделать такую работу за такое время.
В нарушение требований п. 4.ч.1 ст. 204 УПК РФ по эксперту Елояну В.Ф. в заключении не указан стаж работы, по эксперту Куприянову П.В. – стаж работы, место работы и занимаемая должность на момент проведения экспертизы. В нарушение требований ч.2 ст. 201 УПК РФ в заключении комплексной экспертизы не указано, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел.
Защитой было выявлено и представлено суду множество подтверждений неустранимых пороков заключения экспертов как с точки зрения нарушения ими применимого законодательства, так и фальсификации фактических сведений. Все расчеты дополнительной выручки ОАО “Апатит” от экспорта продукции построены на недопустимых допущениях, касающихся цены продаж, условий поставки и отсутствия учета дополнительных коммерческих и иных расходов, необходимость которого предписана законом[9]. Защитой были выявлены и прямые приписки в расчетах экспертов не менее чем на 13 млрд. руб., при том, что сумма якобы установленного ими занижения чистой прибыли составила немногим более 6 млрд. руб.
Таким образом, примененная псевдо экспертами методика расчетов и полученные результаты не могли быть приняты судом как не позволяющие получить достоверные данные о величине выручки от реализации апатитового концентрата и предполагаемой прибыли ОАО “Апатит”. Учитывая, что в соответствии с п.4 ч.1 ст. 73 УПК РФ предметом доказывания является размер нанесенного ущерба, недостоверные данные экспертизы о размере якобы заниженной прибыли ОАО “Апатит” не подлежали применению при постановлении приговора. Следовательно, утверждения и выводы приговора Мещанского суда о присвоении М.Б.Ходорковским и П.Л.Лебедевым некой разницы между якобы “заниженными” и рыночными ценами на апатитовый концентрат, а также о якобы причинении ими крупного ущерба без признаков хищения неким собственникам имущества основываются исключительно на сфальсифицированных результатах экспертизы от 16.08.2003г., которые в силу закона допустимыми доказательствами признаны быть не могут[10]. В связи с чем обвинение по ст.ст.160 и 165 УК РФ законных подтверждений не имело. Мне довелось подробно говорить об этом в прениях по первому делу[11]. Все эти аргументы имеются в материалах дела и доступны сегодня для анализа уважаемым судом.
При таких обстоятельствах допрос так называемых экспертов публично выявил бы их банальное враньё и некомпетентность. Именно поэтому гособвинитель Шохин Д.Э. раз за разом возражал против такого допроса, а Мещанский суд в составе судей Колесниковой И.Ю., Максимовой Е.А. и Клинковой Е.В., изначально отказавшись от гарантированной ему Конституцией независимости, вместо подчинения только закону пошел на поводу политического заказа, став соучастником преступления против правосудия.
Как известно, Мещанский суд в удовлетворении соответствующих ходатайств защиты отказал, ее доводы проигнорировал,  допрос так называемых экспертов не допустил, а их ущербное заключение без предусмотренной законом проверки в ходе судебного следствия положил в основу обвинительного приговора.
Подобный подход Мещанского суда, который был признан законным и обоснованным всеми последующими инстанциями, включая Верховный суд РФ,  получил весьма жесткие оценки в решении ЕСПЧ от 25.07.2013 г.[12] который пришел к следующему заключению: «Все вышеуказанное приводит Суд к выводу о том, что отказ внутригосударственных судов заслушать господина Елояна и господина Куприянова лично в судебном заседании противоречил требованиям Статьи 6 §§ 1 и 3 (d)»[13].
Учитывая изложенное, приговор Мещанского суда в указанной части подлежит отмене, а М.Б.Ходорковский и П.Л.Лебедев – безусловному оправданию с признанием их права на реабилитацию.
2. Обоснование приговора отсутствующими в материалах дела доказательствами и фальсификацией исследованных доказательств
В п.695 решения от 25.07.2013 г. Европейский Суд указал: «следующие доказательства не были рассмотрены в состязательном процессе: (a) книга учета доходов и расходов второго заявителя за 2000 год; (b) письмо ЗАО «ЮКОС РМ» от 11 августа 2000 г.; (c) кредитные карты «American Express»; а также (d) якобы имевшиеся договоры между заявителем и компанией «Status Service Limited». Несмотря на это, Мещанский районный суд упомянул содержание этих документов в качестве доказательств виновности заявителей, а суд кассационной инстанции этот вопрос не рассмотрел» (конец цитаты).
Защита П.Л.Лебедева ходатайствовала об истребовании и приобщении к материалам дела книги учета его доходов и расходов за 2000 год, однако суд в этом отказал, но в приговоре на этот документ сослался как на доказательство виновности. Кроме того, в приговор Мещанского суда из обвинительного заключения в отношении П.Л.Лебедева без какого-либо критического анализа перекочевали следующие заведомо ложные утверждения:  
- о том, что Лебедев якобы организовал незаконное внесение в бюджет ЗАТО г.Лесной в 2000 году векселя ОАО «НК «ЮКОС» вместо уплаты налогов в денежной форме на сумму около 12 миллиардов рублей. Однако, как следует из материалов дела,  подобные операции не проводились, гособвинитель так и не представил суду доказательства существования таких векселей, и, соответственно, в бюджет  они в указанный период не поступали;
- против обвиняемого якобы свидетельствуют “Корпоративные карты “Америкэн Экспресс”, изъятые во время обыска на даче Лебедева П.Л.»[14].  Но такие карты при обыске не изымались, в материалах уголовного дела они отсутствуют и поэтому в ходе судебного следствия не исследовались.
- что Лебедев якобы является руководителем фирмы “Status Service Limited[15]. На самом деле такое утверждение не соответствует фактическим обстоятельствам и по этой причине не могло быть подтверждено стороной обвинения;
- в приговоре суда[16] со ссылкой на конкретные материалы дела[17], имеется указание, как на доказательство вины Лебедева, на проект договора с зарубежной компанией “Status Services Limited” от июня 2000г. “об оказании Лебедевым консультационных услуг по вопросам финансового, экономического развития и регулирования в РФ”. Однако на самом деле ни на указанных листах дела, ни где-либо в ином месте в четырехстах томах уголовных дел П.Л.Лебедева и М.Б.Ходорковского указанного проекта договора (или самого договора) от июня 2000 года нет вовсе;
- Лебедев не составлял договора с иностранными компаниями на оказание услуг, как это ложно утверждается в приговоре[18]. Таких доказательств в деле нет, вопрос о составителях этих договоров в ходе судебного разбирательства не исследовался;
-доказательством виновности Лебедева якобы является письмо ЗАО “ЮКОС РМ” от 11 августа 2000г, поскольку там якобы стоит его подпись. Однако в  указанном документе подпись Лебедева и даже упоминание о нем отсутствует[19].

И если векселя НК ЮКОС за 2000 год, кредитные карты, книга учета доходов и расходов за 2000 год и договоры между П.Л.Лебедевым и компанией «Status Service Limited» в ходе судебного следствия действительно не исследовались в связи с их отсутствием в материалах дела, что подтверждается и их отсутствием в перечне вещественных доказательств, подлежащих по решению суда хранению в деле[20], то письмо ЗАО «ЮКОС РМ» от 11 августа 2000 г., напротив, исследовалось и неоднократно.

Указанные в предыдущем разделе нарушения прав М.Б.Ходорковского и П.Л.Лебедева и норм Европейской Конвенции стали результатом непредусмотренной уголовно-процессуальным кодексом слепой веры судов обвинению и его экспертам на слово. Последнее же основание для отмены приговора Мещанского суда, установленное ЕСПЧ, а именно - упомянутое письмо от 11 августа 2000 г. свидетельствует, что в то же время российские суды, не верили собственным глазам.
 В ходе судебного разбирательства достоверно, путем неоднократного оглашения и обозрения сторонами и судом было установлено, что в письме ЗАО «ЮКОС РМ» от 11 августа 2000 г., которое приведено в приговоре как важное доказательство виновности[21], вопреки утверждению Мещанского суда, с которым согласились кассационная и надзорные инстанции Мосгорсуда, включая судью Верховного суда РФ Яковлева В.К.[22] подпись Лебедева  отсутствует. В своих показаниях П.Л.Лебедев в этой связи говорил: «Номер письма там указан. Исходящий 514.552.34 от 11 августа 2000 года. И идет ссылка на Том 79 л.д. 124. Открываем. Смотрим. Нет там никакого Лебедева. И не могло быть. Поскольку, я не работал, но там, в общем-то, написано для тех, кто умеет понимать по-русски: директор Бурмистров, исполнитель Кочубеев, но никак не Лебедев. И где они увидели там мою подпись, мне неизвестно»[23]. Данный факт является одним из множества, но наиболее наглядным свидетельством полной несостоятельности приговора, вынесенного на основе несуществующих доказательств, что не должно пройти мимо внимания Президиума Верховного суда РФ.
Даже студенту троечнику известны нормы УПК РФ, в соответствии с которыми приговор не может быть постановлен на основании не исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств или содержание которых искажено, а судебный акт, противоречащий этой аксиоме, не имеет права называться таковым. Именно поэтому приговор Мещанского суда подлежит отмене, а М.Б.Ходорковский и П.Л.Лебедев – безусловному оправданию с признанием их права на реабилитацию.
3. Незаконность приговора в части гражданского иска
После вступления в законную силу решения Европейского суда по правам человека от 25 июля 2013 г., признавшего удовлетворение гражданского иска противоречащим Статье 1 Протокола №1 Европейской Конвенции, требования «погашения ущерба» окончательно стали юридически ничтожными. В п.885 решения ЕСПЧ указал: «Суд заключает, что ни основное законодательство, действовавшее на тот момент, ни судебная практика не позволяли возложить гражданскую ответственность за неуплаченные компанией налоги на руководителей компании. Это приводит Суд к выводу о том, что удовлетворение гражданского иска МНС было осуществлено Мещанским районным судом произвольно и, соответственно, в нарушение Статьи 1 Протокола №1 к Конвенции. Следовательно, имело место нарушение этого положения» (конец цитаты).
Вывод ЕСПЧ означает, что неправомочность самого по себе удовлетворения гражданского иска на сегодняшний день усугубляется продолжающимися удержаниями денежных средств в погашение неправосудно установленного ущерба в ходе исполнительного производства, что недопустимо. Тем более, что, как это было ранее обосновано защитой П.Л.Лебедева, «ущерб» возмещен в ходе арбитражного производства еще в 2004 г.[24] Следовательно, приговор Мещанского суда и в этой части подлежит отмене, а М.Б.Ходорковский и П.Л.Лебедев – безусловному оправданию с признанием их права на реабилитацию.
4. Взаимоисключающая уголовно-правовая квалификация аналогичных событий приговорами Мещанского и Хамовнического судов
Приговором Мещанского суда от 16.05.2005 г. М.Б.Ходорковский и П.Л.Лебедев заведомо незаконно были признаны виновными в присвоении выручки от реализации практически всего апатитового концентрата, произведенного ОАО «Апатит», т.е. в совершении преступления, предусмотренного ст.160 УК РФ. В соответствии с фабулой ими была организована реализация этой продукции, в т.ч. на экспорт по якобы заниженным ценам. При этом «заниженность» выводилась из недопустимого сравнения цен у производителя в России с ценами мирового рынка. Кассационным определением Мосгорсуда от 22.09.2005 г. приговор в этой части был изменен, указанные деяния были переквалифицированы на ст.165 УК РФ, т.е. на причинение имущественного ущерба без признаков хищения. Однако механизм этого придуманного «нехищения» остался прежним: злоумышленники причиняли ущерб по той же схеме, извлекая преступную корысть из установленной псевдо экспертами Елояном и Куприяновым ценовой разницы. Данные оценки, несмотря на все усилия защиты,  и по сей день остаются в силе.
Приговором Хамовнического суда от 27.12.2010 г. М.Б.Ходорковский и П.Л.Лебедев заведомо незаконно были признаны виновными в присвоении практически всей добытой ОАО «НК «ЮКОС» нефти, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ст.160 УК РФ. В соответствии с фабулой ими была организована реализация этой продукции на экспорт по якобы заниженным ценам. При этом «заниженность» выводилась из недопустимого сравнения цен теми же псевдо экспертами Елояном и Куприяновым у производителя в России с ценами мирового рынка. Однако на этот раз вышестоящие суды ни каких изменений в этой части в приговор не внесли. Следовательно, подобные деяния - все-таки хищение. Данные оценки также, несмотря на все усилия защиты,  и по сей день остаются в силе.
Важно также подчеркнуть, следующее. Оба приговора неправосудны, во-первых, потому, что недопустимость сравнения цен у производителя в России с ценами мирового рынка очевидна для любого мало мальски  сведующего человека. Она проистекает, прежде всего, из существования экспортной и таможенной пошлины, которая является существенным источником доходов бюджета. В ходе судебного разбирательства в Хамовническом суде[25] мы приводили официальные разъяснения г-на Путина В.В. в отношении нефти:  « Мы (т.е. правительство, а не Ходорковский с Лебедевым) значительную часть сверхдоходов нефтяных компаний разными способами – через экспортные и таможенные пошлины и через налоги – до 80 с лишним процентов, а бывало, и до 90, изымали в бюджет, и именно благодаря этим доходам в значительной степени сформировали большие золотовалютные резервы страны»[26] (конец цитаты). Такое же положение и с другими экспортными поставками, включая апатитовый концентрат. Как же можно такую «ценовую разницу», поступившую в бюджет, объявлять похищенной кем-либо!
И, во-вторых, - ни в первом, ни во втором приговоре суды не установили пороков воли собственников продукции, являвшейся якобы предметом преступных посягательств, что исключает событие преступления.
В результате, одинаковые по сути и не опороченные гражданско-правовые сделки, сфальсифицированные по шаблону и в первом, и во втором деле преступно безграмотными прокурорами и следователями с помощью псевдо экспертов, квалифицируются одинаковыми судами принципиально различным образом. При этом, каждая из этих оценок - законна, обоснована и подлежит неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации[27].  
Учитывая, что в распоряжении уважаемого суда сегодня одновременно находятся оба уголовных дела, ожидаем, что Президиум Верховного суда, наконец, признает очевидное:  приговоры Мещанского и Хамовнического судов опровергают друг друга именно потому, что они оба являются неправосудными, в связи с чем и подлежат отмене, а М.Б.Ходорковский и П.Л.Лебедев – безусловному оправданию с признанием их права на реабилитацию.
5. Легенда об организованной группе
В приговоре Хамовнического суда от 27.12.2010 г. утверждается, что «исследованные в судебном заседании доказательства свидетельствуют о том, что Ходорковский М.Б. и Лебедев П.Л. действовали в составе организованной преступной группы»[28]. При этом доказательств реальности каких-либо деяний, содержащих все признаки преступления, совершенного именно в соучастии (документы, показания свидетелей), приговор  не содержит,[29] т.к. суду их представлено не было. Таким образом, воспроизводится осужденный Европейским Судом и признанный им порочным  «мещанский прецедент» бездоказательного признания виновности Ходорковского и Лебедева. Хамовнический суд, в частности, не утруждает себя установлением времени создания организованной группы, а, ссылаясь на приговор Мещанского суда г. Москвы от 16 мая 2005г., ограничивается лишь упоминанием, что она была создана в 1994г. Однако квалифицирующий признак, якобы установленный тем приговором, не имеет преюдициального значения для иного уголовного дела. Создание организованной группы это – приготовление к совершению тех преступлений, которые были  предметом данного конкретного судебного разбирательства. Такое приготовление именно к вмененным преступлениям должно было быть доказано в установленных процессуальным законом процедурах. Чего в данном случае сделано не было.
Тем не менее, суды признали М.Б.Ходорковского и П.Л.Лебедева виновными по всем эпизодам незаконно инкриминированных преступлений, якобы совершенных организованной группой под их руководством. Хамовнический приговор и в этой части, а может быть в этой части - в первую очередь, является антиконституционным. Он усугубляет созданный неправосудным, что теперь подтверждено и Европейским судом по правам человека,  приговором Мещанского суда, весьма опасный прецедент использования внешних атрибутов правосудия в целях, прямо противоположных его назначению, закрепленному в Конституции РФ[30]. Использование же государственной властью закона в целях, противных правосудию, недопустимое само по себе, свидетельствует и о нарушении ст.18 Европейской Конвенции.  
В силу решения Европейского суда по правам человека от 25 июля 2013 г. приговор Мещанского суда, безусловно, подлежит отмене. Следовательно, построенный на нем заведомо ложный вывод Хамовнического суда о доказанности наличия в данном деле соучастия в форме организованной группы также должен быть признан незаконным, что предопределяет отмену и этого приговора как неправосудного в целом.
Применённая обвинением и легализованная московскими судами в первом и во втором процессах - этих двух актах трагедии правосудия, «концепция соучастия» прямо противоречит конституционному принципу презумпции невиновности и нормам уголовного закона о соучастии и об ответственности за вину. По существу, такой подход представляет собой прямо запрещённое законом[31] объективное вменение, а, значит, - привлечение к уголовной ответственности заведомо невиновных.
Не основанная на законе, проще говоря – сфальсифицированная концепция соучастия в этом в деле реально создала условия для нового витка правового и коррупционного беспредела в России. Тем самым фактически был дан карт бланш для произвольного объявления правомерного управления приглянувшимся представителям власти предержащим легальным бизнесом преступным соучастием. Именно на таком в кавычках «основании» был противоправно переведен под государеву руку ЮКОС, а после этого, опираясь на созданную подобным образом «судебную практику», осуществляется уголовное преследование значительного числа предпринимателей в целях передела собственности по всей России.  
Отсутствие в обоих приговорах каких бы то ни было доказательств того, что предпринимательская деятельность, которую осуществляли М.Б.Ходорковский и  П.Л.Лебедев как непосредственно, так и совместно с другими лицами, являлась противоправной, исключает законную квалификацию этой деятельности как осуществлявшейся организованной группой в целях реализации неких якобы преступных намерений.
На этом основании выводы судов о наличии в этом деле организованной группы должны быть отвергнуты Президиумом Верховного суда РФ как заведомо ложные, а М.Б.Ходорковский и П.Л.Лебедев – безусловно оправданы с признанием их права на реабилитацию.
И в заключение.
Было бы нелепо, если бы защитник, убежденный в том, что его подзащитный не совершал ни какого преступления, просил не оправдать его, а переквалифицировать заведомо незаконное обвинение на какое-либо иное. Мы исходили и исходим из того, что Jura novit curia[32] и каждый суд должен применять именно тот закон, который подлежит применению.
 Однако, увы, суды, рассматривавшие настоящее дело, в частности  президиум Мосгорсуда 20.12.2012, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ 06.08.2013 и судья Верховного суда РФ Иванов Г.П. 13.11.2013 продемонстрировали, что эта презумпция, действовавшая в древнем Риме, в России работает далеко не всегда.
Председатель Верховного суда РФ в своем постановлении указал, что президиум Мосгорсуда «оставил без внимания изменения, внесенные в Уголовный кодекс Федеральным законом от 29.11.2012 года №207-ФЗ, которым введена новая статья 159.4»,[33] которая, учитывая, что она улучшает положение осужденных, и должна была быть применена в этом деле. 
Я далек от мысли, что в Верховном суде РФ закон знает только его Председатель, а Президиум, вдруг, не прислушается к его мнению. Но, как мы убедились за 10 с  лишним лет хождения этого дела по мукам российской судебной системы, бывает всякое. Так что, обжегшись на молоке, надо дуть и на воду. Учитывая, что применимость ст.159.4 УК РФ к настоящему делу очевидна не всем, сформулируем свое понимание этого вопроса.
Речь идет о приватизационной сделке с инвестиционными условиями, в результате которой финансовая группа Роспром – Менатеп в лице компании «Уолтон» приобрела в собственность у Российской Федерации в лице РФФИ акции ОАО «НИУИФ», в которой суды безосновательно усмотрели состав мошенничества со стороны наших подзащитных.
Существует мнение, что приватизационные сделки в силу их публично-правового характера не могут быть отнесены к предпринимательской деятельности и, следовательно, не могут быть квалифицированы по «предпринимательским» статьям УК РФ. Верность этого тезиса, как такового, оставим для теоретических дискуссий. В нашем же случае следует иметь в виду, что данная приватизационная сделка состояла из двух этапов: договор купли-продажи акций между государством (РФФИ) и частной компанией (АОЗТ «Уолтон») и инвестиционных договоров между двумя частными компаниями (ОАО «НИУИФ» и АОЗТ «Уолтон»).
Ст.34 Конституции РФ гарантирует право на свободу предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Рассматриваемые отношения, несомненно, относятся к сфере экономической деятельности и представляют собой именно предпринимательскую деятельность. В комментариях к ст.34 Конституции РФ[34] указывается, что "иная экономическая деятельность", не включаемая в предпринимательство, представляет собой разумную деятельность человека, прямо не направленную на получение прибыли. Участие в приватизации ОАО «НИУИФ», безусловно, имело для нового собственника интерес именно с точки зрения систематического получения прибыли от последующей хозяйственной деятельности этого предприятия, как и было предусмотрено его уставом.
Тезис о публично-правовом характере можно было бы рассматривать как частично обоснованный по отношению к договору между РФФИ и АОЗТ «Уолтон» от 21.09.1995 №1-11-2-644, однако он вовсе не применим к договорам между ОАО «НИУИФ» и АОЗТ «Уолтон» от 20 и 22.12.1995, т.к. в последнем случае обе стороны договора являются частными лицами. Но и при заключении договора с РФФИ характер АОЗТ «Уолтон», как коммерческой организации, не менял своей частно-правовой сути, а взаимоотношения сторон по этому договору относятся к экономической сфере.  В договоре купли-продажи акций от 21.09.1995 №1-11-2-644 наличествует указание на разрешение споров из этого договора в порядке арбитражного судопроизводства[35]. Установление такой подведомственности споров свидетельствует о следующем. Согласно ст.29 АПК РФ к компетенции арбитражных судов относятся дела, возникающие из публичных правоотношений, связанных с осуществлением в том числе предпринимательской деятельности. Следовательно, закон прямо предусматривает возможность осуществления предпринимательской деятельности в рамках публичных правоотношений.
Под субъектами приватизации понимают собственников, продавцов и покупателей государственного и муниципального имущества, а также уполномоченные государственные органы и специализированные организации. При этом все они равны перед законом и судом.
Таким образом, применимое законодательство не содержит указаний на «особый» порядок договорных отношений в процессе приватизации между продавцом в лице уполномоченного органа государства и покупателем – частной коммерческой организацией, которые могли бы «отменить» или изменить предпринимательский характер деятельности последнего.
На самом деле еще при принятии новой редакции ст.108 (ч.1.1) УПК РФ[36] была законодательно признана возможность мошенничества в сфере предпринимательской деятельности. Верховный суд РФ неоднократно в постановлениях Пленумов[37] указывал, что критерием отнесения тех или иных деяний в рамках уголовного судопроизводства к сфере предпринимательской деятельности являются нормы пункта 1 статьи 2 ГК РФ. Наконец в Постановлении Пленума от 10.06.2010 №15 это было закреплено в качестве руководящего разъяснения[38]. В решениях Конституционного Суда РФ[39] аналогичная позиция сформулирована как конституционно-правовая.
Описанные в приговоре деяния по эпизоду «НИУИФ» соответствуют этой позиции в полной мере.
Таким образом, следует признать обоснованным вывод Председателя Верховного суда РФ о том, что эпизод, связанный с приватизацией ОАО «НИУИФ» подпадает под действие ст.159.4 УК РФ в редакции закона от 29.11.2012 №207-ФЗ. Ну, а что с этим делать, решать Вам, уважаемые судьи.
Завершая свое выступление, хотел бы напомнить следующее. Кроме указанного вывода Председатель Верховного суда РФ сформулировал и такое предписание: «Доводы, на которые ссылаются в своих надзорных жалобах защитники осужденных, также заслуживают внимания и подлежат проверке судом надзорной инстанции»[40].
Нам уже не раз приходилось сталкиваться с тем, что надзорные инстанции подобные указания оставляют без последствий, ограничиваясь устранением только тех нарушений, на которые прямо указывается в соответствующих постановлениях, а все остальные доводы стороны защиты игнорируют.
Такая практика противоречит и российскому законодательству, и международным стандартам. ЕСПЧ в своих решениях[41] неоднократно указывал, что нерассмотрение судом доводов жалобы нарушает право на справедливое судебное разбирательство, предусмотренное пар.1 ст.6 Конвенции.
Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, в соответствии с которой УПК РФ не предоставляет суду возможность игнорировать или произвольно отклонять доводы защиты без последовательного рассмотрения и их оценки, не приводя в своих решениях фактические и правовые мотивы отказа в удовлетворении заявленных требований,  все неопровергнутые доводы защиты толкуются только в пользу подсудимых[42]. Приведенная правовая позиция носит общеобязательный характер и не может быть преодолена в правоприменительной практике, призванной обеспечивать такое применение правовых норм, которое не должно расходиться с их конституционно-правовым истолкованием, данным Конституционным Судом Российской Федерации в решениях, сохраняющих свою силу.

Надеемся, что Президиум Верховного суда РФ примет решение в строгом соответствии с этой конституционно-правовой позицией. В противном случае, мы обречены на новую встречу с высшей судебной инстанцией России по итогам рассмотрения Европейским Судом по правам человека жалоб М.Б.Ходорковского и П.Л.Лебедева на приговор Хамовнического суда г. Москвы.



[1] Жалобы №11082/06 и №13772/05 соответственно
[2] п.735 решения ЕСПЧ
[3] п.737 решения ЕСПЧ
[4] П.885 решения ЕСПЧ
[5] т.146 л.д.1
[6] т. 146 л.д. 4-5
[7] т. 146 л.д. 10-69
[8] находящиеся в т.т.14,33-38,41,42,44,46,47,50-57, 126, 127, 128, 138
[9] ст.ст. 252-255 и 260-269 НК РФ
[10] ч.3 ст.7 и ч.1 ст. 75 УПК РФ
[11] см. протокол судебного заседания от 29.03.2005
[12] см., например, п.п.680,683,709-715
[13] п.716 решения ЕСПЧ 
[14] стр. 479 приговора
[15] стр.474 приговора
[16] стр.476 приговора
[17] т.159, л.д.142-149
[18] стр.482 приговора
[19] т. 124 л.д.79, копия прилагается
[20] стр. 659 приговора
[21] стр.506 приговора
[22] постановление от 27.08.2008
[23] стр. 12 протокола судебного заседания от 16.03.2005
[24] см. объяснения адвоката Краснова В.Н. в заседании Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 06.08.2013
[25]Протокол судебного заседания от 29.10.2010
[26]Официальный сайт специальной программы «Разговор с Владимиром Путиным», вышедшей 4 декабря 2008 года в прямом эфире телеканалов «Россия» и «Вести», радиостанций «Маяк» и «Радио России»: http://www.moskva-putinu.ru
[27] ст.6 Федерального закона «О судебной системе Российской Федерации»
[28] стр.678 приговора
[29] см. стр.680 и последующие приговора
[30] ст.ст. 2, 18, 45, 46, 49, 50, 52 и 120 Конституции РФ
[31] ст. 5 УК РФ                                                                                                                                       
[32] лат. «суд знает законы»
[33] стр.8, абз.4 постановления от 25.12.2013 №351-П13
[34] Комментарий к Конституции Российской Федерации (постатейный) (2-е издание, пересмотренное) (под ред. В.Д. Зорькина) ("Норма", "Инфра-М", 2011)
[35] п.7.3 договора, т.62 л.д.249
[36] закон от 29.12.2009 №383-ФЗ
[37] от 18.11.2004 г. N 23, от 24.10.2006 г. N 18
[38] «Разъяснить судам, что преступления, предусмотренные статьями 159, 160 и 165 УК РФ, следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность или участвующими в предпринимательской деятельности, и эти преступления непосредственно связаны с указанной деятельностью. При решении вопроса о том, является ли такая деятельность предпринимательской, судам надлежит руководствоваться пунктом 1 статьи 2 ГК РФ, в соответствии с которым предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке".
[39] Определения от 25.01.2012 г. № 28-О-О и от 24.09.2012 г. № 1521-О
[40] стр.9, 5 абз. постановления от 25.12.2013 №351-П13
[41] постановления от 09.12.1994 г. по делу “Руиз Ториха (Ruiz Torija) против Испании” (жалоба № 18390/91, см. ECHR. 1994. Series A. № 303-А) и по делу “Иро Балани (Hiro Balani) против Испании” (жалоба № 18064/91, см. ECHR. 1994. Series A. № 303-В)
[42] Определение от 25 января 2005 г. № 42-О

0 коммент.:

Отправка комментария